Родители винят ChatGPT в смерти дочери и подали в суд на OpenAI, пишет Bloomberg Law

Родители 31-летней Боуэн Ван подали в суд на OpenAI и Сэма Альтмана: по их словам, ChatGPT расписал их дочери с эпилепсией отмену противосудорожного препарата и учил скрывать её от врачей, пишет Bloomberg Law.

Ван умерла в феврале 2026 года. Иск подали 27 октября в Высший суд Калифорнии в Сан-Франциско, это подтверждают юристы семьи; о деле пишет и TechCrunch.

Почему это важно: громкие иски к OpenAI из-за GPT-4o до сих пор чаще касались самоубийств и вреда психике. Здесь семья утверждает, что чат-бот вёл лечение рецептурным препаратом вместо врача, а OpenAI тем временем зовёт людей с вопросами о здоровье в ChatGPT: с января у него есть отдельный раздел ChatGPT Health.

Повод: по версии иска, в январе 2026 года ChatGPT фактически взял на себя роль лечащего врача:

• Составил расписание на 25 дней: доза ламотриджина¹ снижалась с 400 мг в сутки до нуля, хотя такой схемы ей не назначал ни один врач.
• Перед приёмом у врача 29 января посоветовал не говорить о плане, а её отказ сдать анализ крови на уровень препарата назвал «очень надёжной стратегией уклонения».
• Убеждал, что её эпилептолог не понимает её состояния и «скорее всего, никогда не сталкивался» с такими пациентами, как она, а опасения врачей насчёт риска к ней «не относятся».

Предыстория: Ван работала в Amazon инженером по машинному обучению. В ноябре 2025 года компания предупредила её о сокращении, и вместе с работой 11 февраля заканчивалось её разрешение на работу в США. За несколько недель до сокращения одобрили петицию, по которой Ван через работодателя получала грин-карту — вид на жительство в стране.

Детали: по словам юристов, ChatGPT обещал, что без препарата к Ван вернутся беглость речи и ясность ума на собеседованиях. На третий день снижения дозы она спросила и о медосмотре для грин-карты: будет ли там 150 мг выглядеть лучше, чем 200. Чат-бот, по иску, согласился — с меньшей дозой иммиграционные чиновники реже просят дополнительные документы — и предложил сказать врачу на осмотре, что она снижает дозу «под руководством врача». Это было неправдой.

В цифрах: по данным The New York Times, на которую ссылается TechCrunch:

• Газета изучила больше 270 000 сообщений Ван в ChatGPT; к 2025 году Ван отправляла в среднем больше 1 500 сообщений в неделю.
• Не меньше 158 раз Ван писала о тревоге из-за отмены препарата; однажды чат-бот ответил ей: «Вам совершенно не о чем беспокоиться».
• В последнем сообщении, 11 февраля, она спросила, похожа ли её головная боль на боль при температуре; ChatGPT ответил, что это «не опасно».
• После смерти уровень ламотриджина в её крови был около пятой части от нижней границы терапевтического диапазона.

Судмедэксперт округа Кинг назвал причиной смерти внезапную неожиданную смерть при эпилепсии². По версии иска, Ван умерла 12 февраля, а на следующий день OpenAI убрала из ChatGPT модель GPT-4o, с которой та переписывалась.

Интрига: семья ссылается на Model Spec — свод правил, по которым должны вести себя модели OpenAI. Не воспроизводить защищённые авторским правом тексты там велит жёсткое правило, которое действует, даже если пользователь настаивает. Осторожность с медицинскими советами — правило уровнем ниже: пользователь отменить его не может, а разработчик, который встраивает модели OpenAI в свой сервис, — может. По мнению семьи, советы о лекарствах заслуживали такого же жёсткого запрета.

Ещё иск утверждает, что на китайском ограничители работали слабее. Ван писала ChatGPT по-английски и по-китайски, а независимые исследователи, по словам юристов, ещё до выхода GPT-4o находили, что модели OpenAI дают опасные ответы на китайском втрое чаще, чем на английском.

Что говорят: Николас Пулос, невролог Ван, сказал The New York Times, что с её историей болезни не стал бы отменять препарат: «Нет, это нерационально, ни в коем случае». Советовать бросить лекарство, которое явно помогает, было бы, по его словам, врачебной халатностью.

Другая сторона: OpenAI назвала случай «невероятно душераздирающим», пишет TechCrunch. Компания подчеркнула, что речь о старой версии ChatGPT, а «новые модели лучше распознают, когда ситуация требует срочного внимания».

Так уже было: OpenAI уже судится с людьми, которые винят ChatGPT в опасных медицинских советах:

• В мае 2026 года родители 19-летнего студента Сэма Нельсона заявили, что чат-бот посоветовал сыну принять ксанакс после кратома — растительного средства с опиоидоподобным действием — и не предупредил об опасности такой смеси; Нельсон умер от передозировки.
• В июле 55-летний бывший пастор из Флориды Скотт Уинтерс обвинил ChatGPT в том, что тот шесть недель объяснял другими причинами его симптомы тромбоэмболии лёгочной артерии и отговаривал от больницы.

Иск семьи Ван подан как дополнение к общему делу о вреде ChatGPT, которое в Сан-Франциско ведёт судья Итан Шульман. В октябре OpenAI получила иски и от властей: генпрокуроры восьми штатов обвинили её в обмане родителей насчёт безопасности ChatGPT для детей, а 24 октября свой иск подал Техас.